|
Оригинал на французском
языке |
С.-Петербург, 28 августа.
Пишу вам в очень тревожную минуту, так как бабушка
тяжело заболела и уже два дня как в постели; получив
ваше второе письмо, я нахожу в нем теперь утешение.
Назвать вам всех, у кого я бываю? У самого себя: вот
у кого я бываю с наибольшим удовольствием. Как
только я приехал, я посещал — и признаюсь, довольно
часто — родственников, с которыми я должен был
познакомиться, но в конце концов я убедился, что мой
лучший родственник — я сам; я видел образчики
здешнего общества: дам очень любезных, кавалеров
очень воспитанных — все вместе они на меня
производят впечатление французского сада, и не
пространного и не сложного, но в котором можно
заблудиться в первый же раз, так как хозяйские
ножницы уничтожили всякое различие между деревьями.
Пишу мало, читаю не больше; мой роман становится
произведением, полным отчаяния; я рылся в своей
душе, желая извлечь из нее все, что способно
обратиться в ненависть; и все это я беспорядочно
излил на бумагу — вы бы меня пожалели, читая его!..
Кстати о вашем браке: дорогой друг, вы
догадываетесь, как я рад, узнав, что он расстроился
(не французский оборот); я уже писал моей кузине,
что этот вздернутый нос годится разве что для того,
чтобы вынюхивать жаворонков; — это выражение мне
самому очень понравилось. Слава богу, что дело
кончилось именно так, а не иначе. Впрочем, не будем
больше говорить об этом; и так уже наговорили
слишком много.
У меня есть достоинство, которого у вас нет; когда
мне говорят что любят меня, я в этом больше не
сомневаюсь, или (что еще хуже) не подаю вида, что
сомневаюсь; у вас же этот недостаток есть, и я вас
прошу от него избавиться, по крайней мере в ваших
милых письмах.
Вчера в 10 часов вечера произошло небольшое
наводнение, и даже стреляли из пушек — по два
выстрела три раза с промежутками по мере того как
вода прибывала и убывала. Ночь была лунная, я сидел
у окна, выходящего на канал; вот, что я написал!
Для чего я не родился...
Вот другие стихи; эти два стихотворения выразят вам
мое душевное состояние лучше, чем я бы мог это
сделать в прозе.
Конец! как звучно это слово...
Прощайте... не могу больше писать, голова кружится
от глупостей; думаю, что по той же причине кружится
и земля вот уже 7000 лет, если Моисей не солгал.
Всем привет.Ваш самый
искренний друг М. Лерма. |
